Молитва авину малкейну транслитерация

Молитва авину малкейну транслитерация

Поиск статьи

05.10.2008 | Сообщения в журнале “еврейский берлин” | jüdisches berlin, Праздники

Раввин Геза Эдерберг об одной из самых волнующих молитв Высоких праздников

Близится Йом-Кипур, День искупления. С начала месяца Элул мы ежедневно трубим в шофар и включаем в литургию 27-й псалом. С наступления Рош ха-Шана мы просим о том, чтобы Бог вспомнил о нас и записал нас в Книгу жизни на следующий год.
Входя в синагогу на Йом-Кипур, не успев даже открыть молитвенник махзор, мы ощущаем особое настроение и характер этого дня. Торжественные мелодии, море белой одежды, утомление от поста помогают сосредоточиться и осознать серьезность молитвы. Эта атмосфера захватывает каждого, даже тех, кто не владеет ивритом и безнадежно теряется в махзоре, молитвеннике Высоких праздников.
Лучше всего, конечно, если мы в состоянии сочетать и то, и другое: сердцем воспринимать особенный «вкус» этого дня, а головой понимать отдельные элементы молитв.
Центральным, повторяющимся элементом праздника Йом-Кипур являются Слихот и Виддуй, покаянная молитва и исповедь. Самый известный и, пожалуй, самый волнующий из этих текстов – «Авину Малкейну», молитва, которую читают не только с Рош ха-Шана до Йом-Кипур, но и в постные дни в течение года.
Первое упоминание этой молитвы относится примерно к 200 году н.э. и встречается в Вавилонском Талмуде (Таанит 25б), где во время великой засухи рабби Акива молит о дожде:
Авину Малкейну, хатану лефанеха,
Авину Малкейну, эйн лану мэлех эла ата,
Авину Малкейну, рахем алейну!
Отец наш, Владыка наш,
мы согрешили перед Тобой,
Отец наш, Владыка наш, нет для нас
иного владыки кроме Тебя,
Отец наш, Владыка наш, прояви милосердие!
Молитва «Авину Малкейну» возникла как мольба о спасении, и это – одна из причин, почему, если Йом-Кипур приходится на Субботу, мы читаем ее только один раз, в Неиле, завершающем комплексе молитв.
Текст «Авину Малкейну», что написан сегодня в наших махзорим, лишь отчасти восходит к рабби Акиве. Во времена Талмуда были регламентированы только структура и темы отдельных частей молитв. Каждый хаззан мог варьировать тему и выражать ее собственными словами. Некоторые тексты в Талмуде содержатся в нескольких вариантах, показывающих, как формулировали эту тему разные раввины. Лишь в средние века появились молитвенники, в которых приводился полный литургический текст.
В самой древней редакции «Авину Малкейну», содержащейся в сиддуре Амрама Гаона, молитва состоит из 22 стихов, приведенных в алфавитном порядке. По сефардской традиции в ней – от 29 до 32 стихов, по немецкой – 38, по польской – 44, а по греческой – все 53.
У всех версий одинаковое начало, одинаковый конец. Также соответствуют друг другу стихи в середине, меняющиеся в зависимости от случая прочтения молитвы: в течение года мы просим, чтобы Бог «вспомнил нас для благополучной жизни», в Высокие праздники просим о «записи в Книгу благополучной жизни», а в Неиле, в конце Йом-Кипура, просим уже: «скрепи печатью написанное о нас в Книге благополучной жизни».
Произнося «Авину Малкейну», мы, община, обращаемся к Богу в двояком смысле – как к Отцу и как к Владыке. От отца мы ожидаем любви и понимания, ждем исключительно добра, даже если мы перед ним провинились. Следует подчеркнуть, что речь идет об идеальном образе Отца; земные отцы не всегда соответствуют этому идеалу, ибо бывают несправедливы по отношению к своим детям и нередко вызывают у нас смешанные чувства!
И в обращении к «Владыке» мы подразумеваем идеального владыку, заботящегося о своих подданных, неизменно справедливого по отношению к ним. Справедливость, а значит, и справедливость Божья, отличается именно наличием четких правил, по которым вершится правосудие, равно как и тем, что обязательно принимаются во внимание конкретные обстоятельства наших ошибок и проступков. Но справедливость немыслима без «справедливой кары», через которую восстанавливается порядок.
Родительская любовь, напротив, безусловна. Уверенность в том, что нас любят и принимают такими, какие мы есть – это прочный фундамент, благодаря которому мы обретаем способность действовать, а значит и совершать ошибки. Нам необходимо и то, и другое – справедливость и безоговорочная любовь – чтобы создавать человеческие отношения и вести удачную жизнь.
Наша традиция учитывает человеческое несовершенство и помнит о том, что ошибки, допущенные сознательно или по недосмотру, являются частью нашей жизни. Она называет это «хет» – грех. Йом-Кипур дарует нам возможность нового начала. Мы обязаны исправить наши ошибки, а если это невозможно, продолжать жить, несмотря на них. Важно при этом осознать и довести до сознания других, что нарушен Закон, случилась несправедливость.
Это признание выражено в первом и последнем стихах «Авину Малкейну» и, тем образом, является обрамлением молитвы: «хатану лефанеха» – мы согрешили перед Тобой, «ки эйн бану маасим» – нет за нами добрых дел.
Рабби Узиэль Мейзелс, хасидский ученый 18 века и ученик Маггида из Межиреча, указал на связь пяти центральных просьб «Авину Малкейну» о записи в Книгу жизни с построением Пятикнижия. Первая просьба о «записи в Книгу благополучной жизни» соответствует Книге Берешит, в которой говорится о сотворении мира. Вторая просьба о «записи в Книгу избавления и спасения» соответствует Книге Шмот, в которой описан Исход из Египта. Третья просьба о «записи в Книгу содержания и питания» перекликается с Книгой Ва-икра, где описано обязательное жертвоприношение и принесение благодарственной жертвы в Храме, ибо питать человека должна, в первую очередь, святость. Просьба о «записи в Книгу добрых дел» соответствует Книге Бе-мидбар, где перечислены 12 колен Израилевых, что остались верными своим родоначальникам, корням своим, и заслугам которых мы обязаны нашим существованием. Просьба же о «записи в Книгу прощения и отпущения грехов» соответствует Книге Дварим, в которой Моисей предостерегает Израиль от злых деяний и в которой содержится глава о «тшува» (раскаянии), условии примирения и Божественного прощения.
Мы произносим «Авину Малкейну» не в одиночку, а всем сообществом, когда пред нами открыт Арон Кодеш, и это подчеркивает нашу ответственность друг перед другом: всем сообществом приняли и восприняли мы Тору у горы Синай. Поэтому и наше неумение исполнять волю Божью, придерживаться Его заповедей, касается нас как сообщества.
Всем членам нашей Общины, их семьям, где бы они не проживали, как и всем евреям на свете
я желаю в день Йом-Кипур углубиться в себя и пересмотреть свою жизнь, а также
освободиться от всего того, что их отягощает.
Шана това, гмар хатима това –
хорошего Вам года, и пусть Бог
скрепит печатью Вашу запись в Книге жизни!

Читать еще:  Молитва николаю чудотворцу изменяющая судьбу отзывы людей

Раввин Геза Ш. Эдерберг

jüdisches berlin

2012_14 Все выпуски

Еврейская община Берлина
Oranienburger Strasse 28-31 | 10117 Berlin | Телефон: (0 30) 88 02 8-0 | Факс: (030) 88 02 8-103 | service @ jg-berlin . org

Авину малкейну

Совершим музыкальное путешествие по трем мелодиям, написанным на стихи молитвы Avinu Malkeinu: от широко распространенной ашкеназской мелодии через хасидский нигун до произведения Макса Яновского.

В дни еврейских праздников из молитвенника «Махзор», содержащего праздничные молитвы и пиютим, читается строка: «Ковчег открыт». Святой Ковчег открывается, и кантор с собранием начинают самозабвенно петь: «Наш Отец, наш Царь, у нас нет Царя, кроме тебя… Наш Отец, наш Царь, будь милостив к нам и ответь нам, ибо мы в растерянности. »

Молитва «Avinu Malkeinu» («Наш Царь»), корни которой уходят в эпоху Талмуда – одна из самых известных, наиболее тесно связанных с периодом «Высоких святых дней» — между Рош а-Шана, еврейским Новым Годом и Йом Кипуром, Днем Искупления.

Мы сосредоточимся на трех мелодиях, написанных для Avinu Malkeinu.

Первая – широко распространенная, знакомая, исполняемая во многих ашкеназских общинах. Профессор Элиягу Шляйфер, музыковед и кантор, отсылает любопытных к книге «Otzar Neginot Yisrael» («Тезаурус израильских нигунов»), написанной композитором, музыкантом и исследователем Авраамом Цви Идельсоном. Книга состоит из десяти опубликованных в 1914—1932 годах томов нот и результатов исследований Идельсона: сбора и документирования мелодий среди различных групп еврейского населения в начале двадцатого века.

Самая ранняя публикация музыки Avinu Malkeinu – в десятом томе 1932 года – «Хасидские песни» (Gesange der Chassidim). Эта версия почти идентична той, которую мы знаем по буклету «Shirei Eretz Yisrael» («Песни Земли Израиля») 1935 года Якоба Шёнберга. Судя по всему, нигун был весьма популярен в Палестине во время Второй алии, и, что удивительно, его с удовольствием пели социалистические лидеры кибуцного движения.

Первая версия Avinu Malkeinu из Otzar Neginot Yisrael, том 10, Лейпциг, 1932

Член молодежной группы сионистов Kvutzat HaSharon в Рамат-Давиде Рафаэль Писчий вспоминал: «Отношение к празднованию 1 мая у нас было неопределенным. Но я слышал, что в кибуце Гват этот день отмечается с размахом, и решил пойти и посмотреть, что за праздник, которого нет в Торе – возможно, я бы убедил себя, что оно того сто́ит.Э то было 1 мая 1932 года. Я привел свое стадо на пастбище под Гватом, и пока скотина щипала траву, пошел к столовой Гвата, над которой развевался красный флаг. Я стоял у входа и слышал горячее пение: «Наш Отец, наш Царь, будь милостив к нам и ответь нам, ибо мы в растерянности. » Я сказал себе, что именно поэтому готов праздновать 1 мая».

Свидетельство того, что эта музыка была широко распространена, содержится в коллекции записей Стоунхилла. Польский еврей Бен Стоунхилл, эмигрировавший с семьей в Америку в начале прошлого века, собирал и документировал европейский еврейский фольклор – более тысячи песен на идиш, отрывки из молитв, хасидские нигуним и многое другое.

В этом проекте участвовали многие из переживших Холокост. В записях они сменяют один другого, будто на конвейере; каждого просят указать имя, место рождения, возраст и спеть песню. В записи лета 1948 года – голос мальчика, прошедшего ужасы войны, которому удалось добраться до Нью-Йорка.

«Un vie alt bistu (а сколько тебе лет)? Un vos vestu zingen (что ты собираешься петь)?» – спросили его. Мальчик ответил: «Zechtzen» (шестнадцать). Avinu Malkeinu».

Авторство одного из самых известных вариантов музыки предположительно принадлежит основателю движения Хабад Шнеуру Залману из Ляд (Алтер Ребе) (1745–1813). Помимо того, что он был великим талмудистом и автором основополагающих книг, он обладал особым музыкальным талантом. Хабадская традиция приписывает ребе Шнеуру Залману десять «нигуним мехуваним» (точных мелодий).

Как свидетельствует книга «Sefer HaNiggunim» (уникальная антология хасидских нигунов), Avinu Malkeinu – одна из этих десяти песен. Она состоит из трех частей: начальная без слов, средняя со словами молитвы и заключительная часть также без слов. Вся община поет нигун сразу после того, как Ковчег открывается, прежде чем кантор начинает читать молитву.

В записи, тридцать лет назад сделанной во время Hitva’adut (хасидского сбора), можно услышать голос раввина Менахем-Мендла Шнеерсона, седьмого ребе Хабада, поющего этот нигун.

Яновский использовал реформистский текст молитвы «Avinu Malkeinu» к Рош а-Шана, который содержит только отдельные стихи из традиционной молитвы, и написал произведение для солиста, смешанного хора и органа в стиле, которое стало новаторским даже для реформистских синагог, где в то время еще пели репертуар немецких синагог XIX века.

Публикация 1950 года – для солиста, смешанного хора, органа или фортепиано. Молитва заканчивается словами «Услышь наши голоса», а хор имитирует эффект эха.

Именно эта музыка обрела мировую известность из-за гениального ее исполнения Барброй Стрейзанд.

Так пусть же все наши просьбы к Господу исполнятся.

Ибо в молитве говорится: «Наш Отец, наш Царь, открой нам хороший год».

Читать еще:  Молитва чтобы простить мужа
Ссылка на основную публикацию