Молитва христос рождается славится

Молитва христос рождается славится

Разъяснение ирмосов канона Рождеству Христову

Начиная с праздника Введения во храм Пресвятой Богородицы, Церковь установила на утрени пение ирмосов рождественского канона «Христос раждается». Ниже приводится перевод этих песнопений на русский язык.

Рождество Христово

1. Христос раждается, славите: Христос с небес, срящите: Христос на земли, возноситеся. Пойте Господеви, вся земля, и веселием воспойте, людие, яко прославися.

Перевод: Христос рождается, — славьте! Христос с небес, — встречайте! Христос на земле, — возноситесь! Пой Господу, вся земля, и с веселием воспойте, люди: ибо Он прославился.

Сознайте любовь Божию к вам, ободритесь, падшие, и торжествуйте, переносясь мыслию на небо, которое становится вам доступным.

3. Прежде век от Отца рожденному нетленно Сыну, и в последняя от Девы воплощенному безсеменно, Христу Богу возопиим вознесый рог наш, свят еси, Господи.

Перевод: Прежде веков от Отца нетленно рожденному Сыну, и в последние (времена) бессеменно воплощенному от Девы, Христу Богу воскликнем: возвысивший достоинство наше, свят Ты, Господи!

4. Жезл из корене Иессеова и цвет от него, Христе, от Девы прозябл еси, из горы хвальный приосененныя чащи пришел еси, воплощься от неискусомужныя, невещественный и Боже. Слава силе Твоей, Господи.

Перевод: Христе — отрасль от корня и цвет от него, — родился Ты от Девы; от горы, осененной чащею, пришел Ты, всехвальный, воплотившись от безмужной, невещественный и Боже. Слава силе Твоей, Господи!

От горы, осененной чащею — от Девы.

5. Бог сый мира, Отец щедрот, великаго совета Твоего Ангела, мир подавающа, послал еси нам. Тем богоразумия к свету наставльшеся, от нощи утренююще, славословим Тя, Человеколюбче.

Перевод: Бог мира, Отец милосердия, Ты послал нам Ангела (вестника) великого совета Твоего, дарующего мир. Посему мы, быв приведены к свету богопознания, в ночи начиная утренние молитвы, славословим Тебя, Человеколюбче.

6. Из утробы Иону младенца изблева морский зверь, якова прият: в Деву же всельшееся Слово, и плоть приемшее, пройде сохраншее нетленну: егоже бо не пострада истления, Рождшую сохрани неврежденну.

Перевод: Иону, как младенца, из чрева морской зверь изрыгнул, каким принял; и Слово, вселившись в Деву и принявши плоть, родилось, сохранив Ее неврежденною; ибо Оно сохранило Родившую Его непричастною тому тлению, которому не подверглось Само.

7. Отроцы благочестию совоспитани, злочестиваго веления небрегше, огненнаго прещения не убояшася, но посреде пламене стояще пояху: отцев Боже, благословен еси.

Перевод: Отроки, вместе воспитанные в благочестии, презрев нечестивое повеление, не устрашились угрозы огнем, но, стоя среди пламени, пели: благословен Ты, Бог отцев.

8. Чуда преествественнаго росодательная изобрази пещь образ: не бо яже прият палит юныя, яко ниже огнь Божества Девы, в нюже вниде, утробу. Тем воспевающе воспоем: да благословит тварь вся Господа и превозносит во вся веки.

Перевод: Образ чуда сверхъестественного представила росоносная пещь; ибо не опалила юношей, которых приняла, равно как огонь Божества — утробы Девы, в которую нисшел. Посему, торжествуя, воспоем: вся тварь да благословит Господа и превозносит во все века.

Величай, душе моя, Честнейшую и Славнейшую горних воинств, Деву Пречистую Богородицу.

9. Таинство странное вижу и преславное: небо вертеп, престол херувимский Деву, ясли вместилище, в нихже возлеже невместимый Христос Бог, Егоже воспевающе величаем.

Перевод: Вижу необычайное и непостижимое таинство: пещера — небо; Дева — престол херувимский; ясли — вместилище, в котором возлежит невместимый Христос Бог. Его мы, воспевая, величаем.

Любити убо нам, яко безбедное страхом, удобее молчание: любовию же, Дево, песни ткати спротяженно сложенныя неудобно есть. Но и, Мати, силу, елико есть произволение, даждь.

Перевод: Нам удобнее бы хранить молчание, как не подвергающее страху; при любви же к Тебе, Дева, составлять песни, стройно сложенные, не легко. Однако, Матерь, даруй нам столько силы, сколько имеем усердия.

Ирмосы Рождественского канона: объяснения с переводом

«Христос раждается — славите!» — так начинается канон и здесь все понятно. Но чем дальше, тем сложнее на слух рождественское песнопение. Как в нем разобраться?

Рождество Христово. Миниатюра Минология Василия II. Константинополь. 985 г. Ватиканская библиотека. Рим
Иображение с сайта pravoslavie.ru

«Христос раждается — славите!» — так начинается Рождественский канон и здесь все понятно. Но чем дальше, тем сложнее на слух рождественское песнопение: «вознесый рог наш», потом про морского зверя, который «изблевал», чуть позже — «приосененную чащу» и так далее. Как разобраться, чтобы славить Бога сознательно? Объясняет протоиерей Виталий Головатенко, настоятель храма Рождества Пресвятой Богородицы при Санкт-Петербургской консерватории.

Песненный канон

На самом деле рождественских певческих канонов не один, а два: оба были сочинены в VIII веке двумя великими церковными поэтами-гимнографами: Космой Маюмским и его братом — Иоанном Дамаскиным.

Ирмосы первого канона (Космы Маюмского) исполняются каждую субботу начиная со дня празднования Введения во храм Пресвятой Богородицы (4 декабря по н. ст.) до Рождества и ежедневно во все время Святок до крещенского сочельника (18 декабря): так выражена связь между событием Введения — началом подготовки Богородицы к Ее будущей миссии — и рождением Спасителя.

В литургических памятниках V-VIII веков словом «канон» обозначаются избранные тексты для чтения и пения на церковных службах. В VII веке в Церкви начинает формироваться новый богослужебный жанр: канон певческий — определенное правило пения гимнов Священного Писания.

Певческий канон состоит из девяти библейских гимнов (по-славянски — песней) в соединении с тропарями (от греч. «тропос» — «фигура речи») — поэтическими текстами, в которых идеи каждого гимна дополняются и развиваются в соответствии с темой праздника. Сочетание библейского гимна с тропарями и получило название «песнь канона».

В каждой из девяти песен канона связь с текстом библейского гимна выполняет начальный (главный) тропарь песни — ирмос, служащий образцом для исполнения остальных тропарей канона. Именно ирмос (по греч. «сплетение», «связка») и увязывает содержание гимна с последующими тропарями.

Рождественская катавасия

Когда с течением времени певческий канон окончательно утвердился в богослужебном обиходе, ирмосы некоторых праздничных канонов образовали самостоятельный жанр — катавасию. «Катавасией» (от греч. «катабасис» — «схождение вниз») называются группы ирмосов некоторых праздничных канонов, для торжественного исполнения которых в конце каждой песни канона певцы обоих церковных хоров (правый и левый клирос) сходили со своих мест и соединялись в один хор в середине храма. Конечно, сейчас такое объединение хоров в приходских храмах происходит нечасто.

Ирмос 1: Христос раждается!

Рождественскую катавасию составляют ирмосы канона преподобного Космы Маюмского. На его сочинение автора вдохновила праздничная проповедь святителя Григория Богослова — «Слово на Богоявление, или на Рождество Спасителя» (до начала V в. события Рождества и Крещения Христова в христианской Церкви составляли один праздник Богоявления). Поэтическое начало этого Слова и стало ирмосом первой песни канона:

Христос раждается, славите:
Христос с небес, срящите:
Христос на земли, возноситеся:
пойте Господеви вся земля,
и веселием воспойте людие,
яко прославися.

(перевод)
Христос рождается – славьте!
Христос (грядет) с небес – встречайте!
Христос на земле – возноситесь (на небо)!
Пой Господу вся земля!
Люди, воспойте (Ему) в радости,
ибо Он прославился.

Читать еще:  Молитва матери за сына чтоб сдал экзамены

По закону жанра ирмос каждой песни канона должен быть тематически связан с поэтикой соответствующей песни Священного Писания. Первой библейской песнью считается победный гимн пророка Моисея «Поем Господеви, славно бо прославися…» (см. Исх. 15: 1-19). Связующее звено первого ирмоса — последний стих «яко прославися», совпадающий с верховным образом пророческого гимна Моисея — Господом славы, некогда избавившем Свой народ от египетского рабства. Теперь же Господь со славой воплощается (рождается как Богочеловек) для того, чтобы избавить все человечество от рабства у греха.

Второй библейский гимн — обличительная песнь Моисея из книги Второзакония (о верности Бога Своему Завету в «дни древние» и неверности Израиля, влекущая за собой возмездие (см. 32: 1-43) – включается в состав песней канона только в периоды великого Поста и Пятидесятницы, а в остальное время канон состоит из восьми песней: 1, 3-9.

Ирмос 3: песнь Анны, матери Самуила, благодарившей Бога за разрешение неплодства

Песнь третья – это гимн Анны, матери пророка Самуила (см. 1 Цар. 2: 1-10).
Анна, мать пророка Самуила, последнего из судей Израилевых, благодарила Бога за разрешение своего неплодства: «Утвердися сердце мое в Господе». Ее песнь – символическое выражение молитвы всей Церкви, прежде неплодной, а ныне веселящейся о многих святых чадах Своих, или каждой души христианской, просящей себе утверждения в Господе.

В ирмосе Космы Маюмского представлен центральный образ этого гимна – рог, древний библейский символ могущества, силы, достоинства:

Прежде век от Отца
рожденному нетленно Сыну,
и в последняя от Девы
воплощенному безсеменно,
Христу Богу возопиим:
вознесый рог наш,
свят еси Господи.

(перевод)
Сыну, прежде (всех) времен
Непостижимо (не по закону тленного естества) рожденному от Отца,
а в последние (времена)
бессеменно воплотившемуся от Девы –
Христу Богу (так) воскликнем:
«Свят Ты, Господи,
вознесший наше (человеческое) достоинство!»

Богомладенец Христос, фреска,18 век. Московский Сретенский монастырь Иображение с сайта pravoslavie.ru

Ирмос 4: Прославление Богородицы, родившей Христа

Пророчество Аввакума о Богородице как о Горе Божией, осененной благодатью свыше (см. Авв. 3: 2-19), воплощено в поэтике ирмоса четвертой песни (Иессей – отец царя Давида, прародителя Богородицы):

Жезл из корене Иессеова,
и цвет от него Христе,
от Девы прозябл еси,
из горы хвальный
приосененныя чащи,
пришел еси
воплощься от неискусомужныя,
невещественный и Боже.
Слава силе Твоей Господи.

(перевод)
Христос, Ты — отрасль от корня Иессея
и цветок от него!
Прославленный,
Ты произрос от Девы –
от горы, осененной прохладой лесной чащи.
Ты – бестелесный Бог –
пришел (к нам),
воплотившись от не познавшей мужа (Марии).
Господь, слава силе Твоей!

Ирмос 5: Мир – на земле, в людях — любовь

По учению Церкви, послание к падшему человечеству Христа-Спасителя, примиряющего грешного человека со Святым Богом, было предопределено на предвечном (состоявшемся ещё до начала бытия мира) Совете Святой Троицы. Именно поэтому в пророчестве Исаии Христос назван Членом Совета и Начальником примирения (см. Ис. 9: 6).

Пятый библейский гимн взят из той же книги Исаии (см. 26: 9-20), в которой пророк из глубины ночного мрака (символ человеческого мира зла и греха) приветствует грядущий рассвет как образ пришествия Христа, дающего людям мир с их Создателем и свет познания истинного Бога Отца:

Бог сый мира, Отец щедрот,
великаго совета Твоего Ангела,
мир подавающа послал еси нам:
Тем богоразумия
к свету наставльшеся,
от нощи утренююще,
славословим Тя Человеколюбче.

(перевод)
Как Бог примирения и Отец сострадания,
Ты послал нам
Ангела (Вестника) великого Твоего Совета,
дарующего мир [т. е. примирение].
И мы, приведенные (Им) к свету боговедения,
бодрствуя с (глубокой) ночи,
славословим Тебя, Человеколюбец.

Ирмос 6: Иона-пророк — прообраз Христа

Замечательный пример тропаря-метафоры представляет ирмос шестой песни в его поэтической интерпретации шестого библейского гимна – молитвы пророка Ионы (см. Ион. 2: 3-10).

Пророка Иону Бог послал проповедовать в языческий город Ниневию. Иона не хотел идти к язычникам, сел на корабль и отправился совсем в другую сторону, в город Фарсис. Корабль настигла буря, моряки в страхе бросили жребий, чобы узнать, за чьи грехи карает их Бог? Жребий пал на Иону, который сам попросил выбросить его за борт, что и было сделано, и буря тут же утихла.

В море Иону проглотил кит. Пробывши в чреве кита три дня и три ночи, Иона догадался, что так наказан за непослушание, за нежелание рассказать о Боге язычникам, и взмолился, обещая, если избегнет смерти, идти в Ниневию. Бог помиловал Иону, Иона стал проповедовать ниневитянам покаяние.

Чудо пророка Ионы. Икона 17 века, Россия Иображение с сайта iconsv.ru

Его проповедь после ужасов смерти была так убедительна, что ниневитяне все сразу покаялись и Бог их пощадил. А Иону милосердие Бога даже возмутило. Тогда Бог опять вразумил пророка: палатку, где он жил, защищало от зноя дерево. По Божьей воле в одну ночь оно засохло. Иона расстроился. А Бог сказал: тебе жаль дерева, над которым ты не трудился ни дня. Как же Мне не жалеть многотысячного города?

Как пророк чудесным образом избежал смерти, на три дня оказавшись в брюхе кита, так и Сын Божий Иисус, родившись от Девы Марии, непостижимо сохранил Ее девство:

Из утробы Иону младенца
изблева морский зверь,
якова прият:
в Деву же всельшееся Слово
и плоть приемшее,
пройде сохраньшее нетленну:
егоже бо не пострада истления,
Рождшую сохрани неврежденну.

(перевод)
Морское чудище, как новорожденного,
изрыгнуло из чрева Иону
таким же (невредимым), каким поглотило;
так и Бог-Слово, вселившись в Деву
и приняв плоть, вышел из Нее,
сохранив Ее девство неповрежденным;
ибо не подвергшись тлению (Сам),
Он и родившую (Его) сохранил неповрежденной.

Пророк Иона во чреве кита также – пообраз принятия Христом смерти, победы над ней и воскресения.

Ирмос 7: Отроки благочестивые в печи

Поэтика ирмосов седьмой и восьмой песней канона обращается к библейским образам трех еврейских отроков — Анании, Азарии и Михаилу, друзьям пророка Даниила, которые были брошены в огонь вавилонским царем Навуходоносором за отказ поклониться идолу, но сохранены архангелом Михаилом и вышли невредимыми. Своей непреклонной верой в Бога они обратили жар пламени раскаленной печи в прохладу росы (см. Дан. 3: 26-88):

Отроцы, благочестию совоспитани,
злочестиваго веления небрегше,
огненнаго прещения не убояшася,
но посреде пламене стояще пояху:
отцев Боже благословен еси.

(перевод)
Воспитанные в почитании (истинного) Бога отроки,
презрев нечестивого царя приказание,
не испугались угрозы огня,
но стоя среди пламени, воспели:
«Благословен Ты, Бог отцов (наших)!»

Ирмос 8: Рождество Христа от Девы — чудо преестественное

Тропарь ирмоса восьмой песни – также метафора. Он прославляет Бога, чудесно сохранившего Марию, благодаря ее чистоте, от опаления огнем божественной природы Ее Сына так же, как прежде сохранил трех юношей в бушующем огне:

Чуда преествественнаго
росодательная изобрази пещь образ:
не бо яже прият палит юныя,
яко ниже огнь Божества
Девы, в нюже вниде, утробу.
Тем воспевающе воспоем:
да благословит тварь вся Господа,
и превозносит во вся веки.

(перевод)
Дающая прохладу (вавилонская) печь
прообразовала сверхъестественное чудо:
как она не сожгла брошенных в нее юношей,
так и огонь Божества
не обжег утробу Девы, сойдя в нее.
Поэтому прославляя (Бога), воспоем:
«Да благословит и превозносит Господа
все (Его) творение во все времена!»

Читать еще:  Молитва на день ангела своему ребенку

Ирмос 9: Христос – наше Небо на земле

Наконец, ирмос девятой песни передает восхищение песнописца от созерцания дивной мистерии – явления Неба на земле при рождении Спасителя:

Таинство странное вижу
и преславное:
небо, вертеп:
престол херувимский, Деву:
ясли, вместилище,
в нихже возлеже
невместимый Христос Бог,
Егоже воспевающе величаем.

(перевод)
Вижу неслыханное
и невероятное [букв. парадоксальное] таинство:
пещера стала Небом;
Дева — херувимским Престолом (Бога);
ясли — вместилищем,
в котором возлежит
невместимый Бог — Христос,
Которого мы величаем, воспевая в гимнах.

Читать онлайн “Текст Праздничной минеи на церковнославянском языке” – RuLit – Страница 79

Богородичен: Яд змии́н, в слу́хи го́рько излия́вшийся Е́вины, / я́же из Дави́да возра́стшая, Отрокови́це, исцеля́еши, / Изба́вителя ро́ждши.

Ин канон святых праотцев, глас 1, егоже краегранесие: Отце́м хвалу́ в ле́поту ны́не приноша́ю. Иосиф.

Ирмос: Христо́с ражда́ется — сла́вите́ / Христо́с с Небе́с — сря́щите́ / Христо́с на земли́ — возноси́теся́ / По́йте Го́сподеви, вся земля́, / и весе́лием воспо́йте, лю́дие, / я́ко просла́вися.

Отце́м пе́ние принесе́м, пре́жде зако́на и в зако́не возсия́вшим, / и из Де́вы возсия́вшему Го́споду и Влады́це во́лею пра́вою угоди́вшим, / и незаходи́маго просвеще́ния ны́не наслажда́ющимся.

Ада́ма пе́рваго почти́м, руко́ю почте́ннаго Зижди́теля, / и всех нас пра́отца уже́ бы́вшаго, / и в ски́ниях Небе́сных со все́ми избра́нными почива́юща.

А́веля, да́ры прине́сшаго душе́ю благоро́днейшею, / прия́т всех Бог и Госпо́дь; / сего́ же па́ки, скверноуби́йственною руко́ю умерщвле́на, / принесе́ к све́ту я́ко Боже́ственна му́ченика.

Богородичен: Рече́ний Боже́ственных услы́шим, вопию́щих Христо́во явле́ние: / се бо в верте́пе ражда́ется из Отрокови́цы Неискусому́жныя, / Его́же стра́шное Рождество́ провозвеща́ет звездосло́вцем звезда́ я́вльшаяся.

Катавасия: Христо́с ражда́ется — сла́вите:

Ирмос: Ты еси́ утвержде́ние / притека́ющих к Тебе́, Го́споди, / Ты еси́ Свет омраче́нных, / и пое́т Тя дух мой.

Ра́зум стяжа́вше Богонауче́нный, Влады́ко, о́троцы Дави́довы / зако́ны оте́ческия богому́дренно соблюдо́ша.

Огнь не опали́ чисте́йшая телеса́ благочести́вых: / посто́м бо душепитате́льным напая́хуся.

Хвалу́ всеми́рную и многопе́тую пою́т о́троцы трие́, / посреде́ пе́щи чу́дно ороша́еми.

Богородичен: Да рождество́, Влады́ко, из де́вствующаго телесе́ пока́жеши нам, / спаса́еши в пещи́ де́вствующая телеса́.

Ирмос: Пре́жде век от Отца́ рожде́нному нетле́нно Сы́ну / и в после́дняя от Де́вы / воплоще́нному безсе́менно, / Христу́ Бо́гу возопии́м: / вознесы́й рог наш, / Свят еси́, Го́споди.

Пое́тся в ми́ре Си́фово к Зижди́телю разжже́ние, / и́бо в непоро́чнем жи́тельстве и душе́вней любви́ Тому́ и́стинно угоди́, / и ны́не во стране́ живы́х вопие́т: / Свят еси́, Го́споди.

Усты́, и язы́ком, и се́рдцем Ено́с чу́дный / призва́ти богому́дренно Влады́ку всех и Бо́га наде́яшеся в Ду́се / и, благоуго́дно пожи́в на земли́, сла́ву восприя́т.

Священносло́вии свяще́нными Ено́ха ублажи́м, / благоугоди́в бо Го́споду, преста́вися в сла́ве, / яви́вся лу́чши сме́рти, я́коже писа́ся, / и́мже Бо́жий быв раб и́скреннейший.

Богородичен: Ны́не ча́яние язы́ков от Де́вы предгряде́т, / и Вифлее́м заключе́нный отверза́ет све́тло Еде́ма, / Сло́во воплоща́емое прие́мля, и в я́слех пло́тию возле́гшаго.

Катавасия: Пре́жде век:

И ипакои, глас 2:

В ро́су де́тем огнь прелага́шеся, / плач в ра́дость жена́м пременя́шеся: / А́нгел бо во обои́х служа́ше чудесе́х, / о́вым у́бо во упокое́ние претвори́вый пещь, / сим же Воскресе́ние возвести́вый тридне́вное. / Нача́льниче жи́зни на́шея, Го́споди, сла́ва Тебе́.

Ирмос: Услы́шах, Го́споди, / смотре́ния Твоего́ та́инство, / разуме́х дела́ Твоя́ / и просла́вих Твое́ Божество́.

Дании́л мудре́йший, Боже́ственне умо́м просвеща́емь, / со́ния разреши́ самоде́ржцев Боже́ственною благода́тию.

Облиста́ет чудесми́, е́же в пещи́, отроко́в страда́ние: / мучи́теля бо улови́ша к позна́нию Твоему́, Всеси́льне.

Согла́сия орга́ны и мусики́и пе́сни / всесли́чныя до́блественных не привлеко́ша / и злато́му о́бразу не подклони́ша.

Богородичен: Пе́сньми, Всепе́тая, / и́же в Вавило́не де́ти почита́ют Сы́на Твоего́ Пребоже́ственнаго, / Его́же в пещи́ позна́ша.

Ирмос: Жезл из ко́рене Иессе́ова / и цвет от него́, Христе́, / от Де́вы прозя́бл еси́, / из горы́, Хва́льный, приосене́нныя ча́щи / прише́л еси́, вопло́щся от Неискусому́жныя, / Невеще́ственный и Бо́же. / Сла́ва си́ле Твое́й, Го́споди.

Хвалу́ принесе́м Бо́гу, / чту́ще пе́сньми Но́я, вои́стинну су́ща пра́веднаго: / во всех бо за́поведех Боже́ственных украша́емь яви́ся, Христу́ благоугоди́в, / Ему́же песнопое́м, ве́рнии: / сла́ва си́ле Твое́й, Го́споди.

Ви́дев твое́ Бог благоро́дное нра́ва, и просто́е, / и по всему́, Но́е, соверше́на, втора́го ми́ра я́ве началовождя́ тя показу́ет, / спа́сшаго тому́ вся́каго ро́да от пото́па чу́вственнаго се́мя, / я́коже Сам повеле́.

Но́я, сохра́ньшаго Бо́жий зако́н невреди́мь, / и обре́тшася тогда́ пра́ведна в ро́де свое́м, / и дре́вяным спа́сша дре́вле ковче́гом безслове́сных ро́ды повеле́нием Вседе́тельным, / пе́сньми благоче́стно ублажи́м.

Ирмосы Рождественского канона

Христос рождается — славьте!

Христос раждается, славите:

Христос с небес, срящите:

Христос на земли, возноситеся:

пойте Господеви вся земля,

и веселием воспойте людие,

Христос рождается – славьте!

Христос (грядет) с небес – встречайте!

Христос на земле – возноситесь (на небо)!

Пой Господу вся земля!

Люди, воспойте (Ему) в радости,

ибо Он прославился.

как правильно петь «Христос раждается, славите» и другие ирмосы канона Рождества Христова, которые уже звучат на воскресных всенощных бдениях


Комментарии (1)

В церкви. Богданов-Бельский Николай Петрович. 1939г.

Песненный канон

На самом деле рождественских певческих канонов не один, а два: оба были сочинены в VIII веке двумя великими церковными поэтами-гимнографами: Космой Маюмским и его братом — Иоанном Дамаскиным. Ирмосы первого канона (Космы Маюмского) исполняются каждую субботу начиная со дня празднования Введения во храм Пресвятой Богородицы (4 декабря по н. ст.) до Рождества и ежедневно во все время Святок до крещенского сочельника (18 декабря): так выражена связь между событием Введения — началом подготовки Богородицы к Ее будущей миссии — и рождением Спасителя.

В литургических памятниках V-VIII веков словом «канон» обозначаются избранные тексты для чтения и пения на церковных службах. В VII веке в Церкви начинает формироваться новый богослужебный жанр: канон певческий — определенное правило пения гимнов Священного Писания. Певческий канон состоит из девяти библейских гимнов (по-славянски — песней) в соединении с тропарями (от греч. «тропос» — «фигура речи») — поэтическими текстами, в которых идеи каждого гимна дополняются и развиваются в соответствии с темой праздника. Сочетание библейского гимна с тропарями и получило название «песнь канона».

В каждой из девяти песен канона связь с текстом библейского гимна выполняет начальный (главный) тропарь песни — ирмос, служащий образцом для исполнения остальных тропарей канона. Именно ирмос (по греч. «сплетение», «связка») и увязывает содержание гимна с последующими тропарями.

Когда с течением времени певческий канон окончательно утвердился в богослужебном обиходе, ирмосы некоторых праздничных канонов образовали самостоятельный жанр — катавасию. «Катавасией» (от греч. «катабасис» — «схождение вниз») называются группы ирмосов некоторых праздничных канонов, для торжественного исполнения которых в конце каждой песни канона певцы обоих церковных хоров (правый и левый клирос) сходили со своих мест исоединялись в один хор в середине храма. Конечно, сейчас такое объединение хоров в приходских храмах происходит нечасто.

Рождественскую катавасию составляют ирмосы канона преподобного Космы Маюмского. На его сочинение автора вдохновила праздничная проповедь святителя Григория Богослова — «Слово на Богоявление, или на Рождество Спасителя» (до начала V в. события Рождества и Крещения Христова в христианской Церкви составляли один праздник Богоявления). Поэтическое начало этого Слова и стало ирмосом первой песни канона:

Читать еще:  Божья матерь молитва беременной женщины

Христос раждается, славите:

Христос с небес, срящите:

Христос на земли, возноситеся:

пойте Господеви вся земля,

и веселием воспойте людие,

Христос рождается – славьте!

Христос (грядет) с небес – встречайте!

Христос на земле – возноситесь (на небо)!

Пой Господу вся земля!

Люди, воспойте (Ему) в радости,

ибо Он прославился.

По закону жанра ирмос каждой песни канона должен быть тематически связан с поэтикой соответствующей песни Священного Писания. Первой библейской песнью считается победный гимн пророка Моисея «Поем Господеви, славно бо прославися…» (см. Исх. 15: 1-19). Связующее звено первого ирмоса — последний стих «яко прославися», совпадающий с верховным образом пророческого гимна Моисея — Господом славы, некогда избавившем Свой народ от египетского рабства. Теперь же Господь со славой воплощается (рождается как Богочеловек) для того, чтобы избавить все человечество от рабства у греха.

Второй библейский гимн — обличительная песнь Моисея из книги Второзакония (о верности Бога Своему Завету в «дни древние» и неверности Израиля, влекущая за собой возмездие (см. 32: 1-43) – включается в состав песней канона только в периоды великого Поста и Пятидесятницы, а в остальное время канон состоит из восьми песней: 1, 3-9.

Песнь третья – это гимн Анны, матери пророка Самуила (см. 1 Цар. 2: 1-10). В ирмосе Космы Маюмского представлен центральный образ этого гимна – рог, древний библейский символ могущества, силы, достоинства:

Прежде век от Отца

рожденному нетленно Сыну,

и в последняя от Девы

Христу Богу возопиим:

вознесый рог наш,

свят еси Господи.

Сыну, прежде (всех) времен

Непостижимо (не по закону тленного естества) рожденному от Отца,

а в последние (времена)

бессеменно воплотившемуся от Девы –

Христу Богу (так) воскликнем:

«Свят Ты, Господи,

вознесший наше (человеческое) достоинство!»

Пророчество Аввакума о Богородице как о Горе Божией, осененной благодатью свыше (см. Авв. 3: 2-19), воплощено в поэтике ирмоса четвертой песни (Иессей – отец царя Давида, прародителя Богородицы):

Жезл из корене Иессеова,

и цвет от него Христе,

от Девы прозябл еси,

из горы хвальный

воплощься от неискусомужныя,

невещественный и Боже.

Слава силе Твоей Господи.

Христос, Ты — отрасль от корня Иессея

и цветок от него!

Ты произрос от Девы –

от горы, осененной прохладой лесной чащи.

Ты – бестелесный Бог –

воплотившись от не познавшей мужа (Марии).

Господь, слава силе Твоей!

По учению Церкви, послание к падшему человечеству Христа-Спасителя, примиряющего грешного человека со Святым Богом, было предопределено на предвечном (состоявшемся ещё до начала бытия мира) Совете Святой Троицы. Именно поэтому в пророчестве Исаии Христос назван Членом Совета и Начальником примирения (см. Ис. 9: 6). Пятый библейский гимн взят из той же книги Исаии (см. 26: 9-20), в которой пророк из глубины ночного мрака (символ человеческого мира зла и греха) приветствует грядущий рассвет как образ пришествия Христа, дающего людям мир с их Создателем и свет познания истинного Бога Отца:

Бог сый мира, Отец щедрот,

великаго совета Твоего Ангела,

мир подавающа послал еси нам:

к свету наставльшеся,

от нощи утренююще,

славословим Тя Человеколюбче.

Как Бог примирения и Отец сострадания,

Ангела (Вестника) великого Твоего Совета,

дарующего мир [т. е. примирение] .

И мы, приведенные (Им) к свету боговедения,

бодрствуя с (глубокой) ночи,

славословим Тебя, Человеколюбец.

Замечательный пример тропаря-метафоры представляет ирмос шестой песни в его поэтической интерпретации шестого библейского гимна – молитвы пророка Ионы (см. Ион. 2: 3-10). Как пророк чудесным образом избежал смерти, на три дня оказавшись в брюхе кита, так и Сын Божий Иисус, родившись от Девы Марии, непостижимо сохранил Ее девство:

Из утробы Иону младенца

изблева морский зверь,

в Деву же всельшееся Слово

и плоть приемшее,

пройде сохраньшее нетленну:

егоже бо не пострада истления,

Рождшую сохрани неврежденну.

Морское чудище, как новорожденного,

изрыгнуло из чрева Иону

таким же (невредимым), каким поглотило;

так и Бог-Слово, вселившись в Деву

и приняв плоть, вышел из Нее,

сохранив Ее девство неповрежденным;

ибо не подвергшись тлению (Сам),

Он и родившую (Его) сохранил неповрежденной.

Поэтика ирмосов седьмой и восьмой песней канона обращается к образам гимна трех еврейских отроков, своей непреклонной верой в Бога обративших жар пламени раскаленной печи в прохладу росы (см. Дан. 3: 26-88:

Отроцы, благочестию совоспитани,

злочестиваго веления небрегше,

огненнаго прещения не убояшася,

но посреде пламене стояще пояху:

отцев Боже благословен еси.

Воспитанные в почитании (истинного) Бога отроки,

презрев нечестивого царя приказание,

не испугались угрозы огня,

но стоя среди пламени, воспели:

«Благословен Ты, Бог отцов (наших)!»

Тропарь ирмоса восьмой песни – также метафора. Он прославляет Бога, чудесно сохранившего Марию, благодаря ее чистоте, от опаления огнем божественной природы Ее Сына так же, как прежде сохранил трех юношей в бушующем огне:

росодательная изобрази пещь образ:

не бо яже прият палит юныя,

яко ниже огнь Божества

Девы, в нюже вниде, утробу.

Тем воспевающе воспоем:

да благословит тварь вся Господа,

и превозносит во вся веки.

Дающая прохладу (вавилонская) печь

прообразовала сверхъестественное чудо:

как она не сожгла брошенных в нее юношей,

так и огонь Божества

не обжег утробу Девы, сойдя в нее.

Поэтому прославляя (Бога), воспоем:

«Да благословит и превозносит Господа

все (Его) творение во все времена!»

Наконец, ирмос девятой песни передает восхищение песнописца от созерцания дивной мистерии – явления Неба на земле при рождении Спасителя:

Таинство странное вижу

престол херувимский, Деву:

в нихже возлеже

невместимый Христос Бог,

Егоже воспевающе величаем.

и невероятное [букв. парадоксальное] таинство:

пещера стала Небом;

Дева — херувимским Престолом (Бога);

в котором возлежит

невместимый Бог — Христос,

Которого мы величаем, воспевая в гимнах.

Ирмосы второго рождественского канона – преподобного Иоанна Дамаскина – в большинстве храмов сегодня не исполняются. Канон этот написан византийским ямбическим стихом, и его прозаический славянский перевод не передает всей красоты этой высочайшего уровня церковной поэзии. В качестве задостойника (песнопения, заменяющего привычное «Достойно есть» в праздничные периоды) на Божественной литургии звучит лишь ирмос девятой песни канона Дамаскина, предваряемый припевом:

Величай, душе моя,

честнейшую и славнейшую

Деву пречистую Богородицу.

Душа моя, Ту возвеличь,

Которая достоинством и славой

превыше всех небесных сил –

святую Деву Богородицу.

Любити убо нам, яко безбедное страхом,

удобее молчание, любовию же Дево

песни ткати спротяженно сложенныя

неудобно есть: но и Мати силу

елико есть произволение, даждь.

Сколь безопасней было б возлюбить молчанье! –

Ведь очень трудно нам в любви к Тебе, о Дева,

Сплетать достойные и слаженные гимны…

Но Ты, как Матерь, дай на это столько силы,

Насколько есть у нас усердия и воли!

Рождество Спасителя поют земля и небо, поёт Церковь, поёт само Евангелие. Кажется, будто душа человеческая становится музыкальным инструментом, чтобы прославить родившегося Младенца.

протоиерей Виталий Головатенко, настоятель храма Рождества Пресвятой Богородицы при Санкт-Петербургской консерватории.

Ссылка на основную публикацию
×
×
Adblock
detector